Интервью TAdviser с директором по маркетингу Directum Василием Бабинцевым
Василий Бабинцев, директор по маркетингу Directum, в интервью TAdviser рассказал о факторах, которые оказывают влияние на российский рынок СЭД, последних трендах и перспективах развития систем электронного документооборота.
Какие события, на ваш взгляд, оказали существенное влияние на российский рынок СЭД/ECM в 2015-2016 годах?
Василий Бабинцев: Причины изменений, происходящих на российском рынке, стоит искать в более ранних периодах, сейчас мы наблюдаем их отложенный эффект.
В первую очередь, речь идет об экономическом кризисе, который начался в 2014 году, санкциях и ответном курсе на импортозамещение. Отказ от западных решений был связан как с их значительно возросшей стоимостью, так и с неформальным или прямым запретом на покупку. При этом часто в разговорах об импортозамещении программных продуктов очень многие начинают говорить о переходе на СПО, хотя на самом деле, это не тождественные друг другу понятия. Планы по импортозамещению включают в себя несколько уровней работы: СУБД, операционные системы, прикладные системы и офисное ПО. На уровне СУБД отечественных аналогов нет, поэтому при отказе от западных решений выбираются свободно распространяемые СУБД, например, сегодня активно рекламируют Postgres. В случае с ОС в качестве альтернативы также рассматриваются СПО решения на базе Linux. Если мы говорим об офисном ПО, то есть здесь уже появляется российский проприетарный продукт «МойОфис» и есть бесплатные пакеты LibreOffice и OpenOffice. А вот на уровне бизнес-приложений существует большой пласт отечественного ПО (и конкретно СЭД), которое за последнее десятилетие зарекомендовало себя как надежный инструмент, и активно конкурирует с западными системами.Андрей Шарак, LANSOFT: Мы предлагаем не отдельные продукты в рамках бренда, а карты решений для конкретной отрасли
Изменения в законодательстве и подходах к закупкам ПО – еще один фактор, косвенно связанный с импортозамещением, где он оказывает влияние на крупные предприятия и компании с госучастием. Например, Федеральные законы 44-ФЗ и 223-ФЗ явно запрещают или сильно ограничивают покупку западного ПО. Это влияет на выбор СЭД крупными компаниями, которые так или иначе испытывают на себе влияние государства. Но важнее даже другое – в целом закупки стали заметно прозрачнее.
Также сегодня активно развивается тема межкорпоративного документооборота (МКДО) — во многом она имеет чисто российскую специфику. С одной стороны, это связано с большими расстояниями, с которыми приходится мириться при пересылке деловых документов. Представьте, например, что документ внутри страны может идти неделю только в одну сторону, столько же — обратно, и еще 2 недели рассматриваться. В итоге получаем месяц ожидания решения по одному документу. В таких условиях перевод юридически значимого документооборота в электронный вид — насущная необходимость бизнеса. С другой стороны, и само государство в лице ФНС стремится к переводу в электронный вид всех учетных и сопровождающих их документов.
Налицо это двустороннее движение к МКДО. С одной стороны, государство работает над развитием законодательства в области обмена формализованными документами, а с другой — бизнес активно развивает внутреннюю инфраструктуру и нормативную базу по обеспечению юридической значимости неструктурированных электронных документов.
В итоге перечисленные события за последнее время вызвали волну смены СЭД в крупных компаниях. Рынок электронного документооборота развивается уже более 20 лет, крупные компании вкладывались в инфраструктурные проекты, внедряли СЭД (начинали с локальных задач регистрации и учета документов, постепенно расширяя функционал). Сейчас же они созрели до мощных корпоративных ECM-решений, а «старые» СЭД не всегда соответствуют новым условиям.
Хочется также отметить и мобильность — это не новый, но по-прежнему влиятельный тренд. Он стал бурно развиваться с проникновением широкополосного доступа в интернет и приходом нового, молодого поколения пользователей, изначально ориентированного на мобильную работу. А теперь и многие руководители стали осваивать СЭД через преимущественно мобильный интерфейс.
Как вы думаете, способен ли запуск реестра отечественного ПО значительно поменять расстановку сил на рынке СЭД/ECM?
Василий Бабинцев: В среде госорганов — да, т.к. законодательство требует от госструктур покупки отечественного ПО, и для них выполнение требований закона становится определяющим критерием выбора. Для бизнеса — это всего лишь дополнительный фактор, на который стоит обратить внимание.
Импортозамещение всколыхнуло внимание к отечественным решениям, у которых нет таких больших рекламных бюджетов как у мировых ECM-лидеров. Поэтому на начальном этапе, конечно, расстановка сил поменялась, но в среднесрочной перспективе большее влияние будет оказывать естественное развитие мощности отечественных ECM-решений. А за последние 10 лет отечественные решения стали конкурентными.
В целом, по вашим данным, в каком направлении движется рынок? Какая динамика прослеживается?
Василий Бабинцев: По субъективным ощущениям, рынок замер после спада. Это подтверждает и наша статистика. В сравнении с 2014 годом, в 2015 почти в 1,5 раза сократилось количество новых проектов. Но при этом выросли их масштабы: количество лицензий, приходящихся в среднем на 1 новый проект, выросло на 45%. Значительно выросло число рабочих мест и в рамках проектов развития уже внедренных систем. В общем объеме проданных лицензий 60% пришлось именно на проекты развития.
Изменилась и структура спроса. Компании не просто выбирают системы для автоматизации документооборота, а смотрят на конкретные прикладные решения, способные дать быстрый видимый результат: межкорпоративный документооборот, управление закупками и т.д. Это говорит о том, что сегодня СЭД рассматривается заказчиками как система для решения сквозных бизнес-задач, выходящих за классическое понимание делопроизводства: финансовый архив, управление договорами и согласование счетов на оплату, командировки.
Какие проекты в настоящее время преобладают (модернизация или масштабирование ранее внедренных решений, запуск новых проектов с нуля, миграция на новые СЭД/ECM-системы)?
Василий Бабинцев: Присутствуют все проекты, но стоит разграничить сравнение по количеству и масштабу проектов.
Миграция на новые ECM-системы характерна для крупных компаний, для них модернизация происходит постоянно — это естественный эволюционный процесс. Таких проектов немного, но они являются колоссальными по своим масштабам. Показателен пример ОАО «Сургутнефтегаз» — миграция данных со старой системы на DIRECTUM проводились в 2014 году и потребовала 7 суток непрерывной работы. В мае 2016 года перевод на новую версию DIRECTUM занял уже 3 дня.
Запуск новых проектов с нуля преобладает в сегменте среднего и малого бизнеса. Для небольших компаний открылись возможности облачных корпоративных систем, теперь они могут не покупать, а арендовать полнофункциональные мощные ECM-решения. Без серьезных первоначальных вложений и необходимости держать свою ИТ-инфраструктуру. С начала года мы наблюдаем серьезный рост спроса на нашу облачную систему Directum RX: 70 проектов за 10 месяцев или, в среднем, по 2 проекта в неделю. Клиенты разные: от 10 до 200 рабочих мест.
Согласны ли вы с утверждением, что в последнее время заказчики стали более требовательными, и что в текущих условиях они ждут лучшего за меньшие деньги?
Василий Бабинцев: Такая ситуация была всегда, просто кризис и другие нестандартные обстоятельства обостряют желание экономить. При более спокойной экономической обстановке клиенты более лояльны, они ищут альтернативные, нефинансовые источники повышения эффективности, думают об удобстве пользователей. Сейчас отголоски кризиса ощущаются, и деньги часто выходят на первый план.
Но для нас это не повод забывать о нематериальных эффектах. Подключение сквозных бизнес-процессов, мобильность и упрощение интерфейсов — это устойчивые тренды, и заказчики обращают на них внимание тоже. В особенности, когда счёт идет на тысячи сотрудников, когда невозможно даже просто обучить каждого из них, а бизнес требует сохранения непрерывности процессов – нужно думать об удобстве работы рядового пользователя с различным профилем загрузки, в т.ч. с разъездным характером работы.
Назовите, пожалуйста, 3 главных тренда рынка, которые наиболее заметны в настоящее время.
Василий Бабинцев: Выделить три общих тренда рынка довольно сложно, в каждом сегменте есть свои.
Для среднего бизнеса — это корпоративные облачные системы.
В крупном бизнесе — смена локальных или устаревших СЭД на современные ECM-платформы, в том числе с поддержкой сквозных процессов в филиальных и холдинговых структурах. Сюда же мы относим межкорпоративный юридически значимый документооборот.
Если говорить про органы государственной власти, то это импортозамещение и движение в сторону СПО.
В целом на уровне бизнес-пользователей — это мобильность и упрощение интерфейсов.
Попробуйте спрогнозировать, какая функциональность решений класса СЭД/ECM может стать наиболее актуальна/популярна через 3-5 лет.
Василий Бабинцев: Межкорпоративный юридически значимый документооборот: к 2018 году аналитики ожидают трехкратное увеличение этого рынка (EDI, бухгалтерская отчетность, неформализованные документы), при этом доля неформализованных документов может увеличиться с 2% до 46%.
Также это управляемые федеративные системы крупных компаний. Поскольку идет тренд на внедрение масштабируемых ECM-решений с подключением сквозных процессов, то станет актуальна поддержка работоспособности отдельных СЭД, объединенных в федерацию. Это и централизованная поддержка версионности, и параллельное развитие отдельных инсталляций ПО, заточенных под специфические бизнес-задачи: финансовый архив, кадровый документооборот, управление договорами и т.д.
Веб и мобильность для всех пользователей: количество мобильных сотрудников растет, важно обеспечить им полноценную работу в СЭД, вне зависимости от должности, профиля загрузки, в том числе в режиме онлайн и офлайн, с учетом нестабильного мобильного интернета.
Какой, по вашему мнению, должна быть «идеальная» ECM-система? Каких недостатков, типичных для современных решений, она должна быть лишена?
Василий Бабинцев: Если бы была возможность создать такую «идеальную ECM-систему», то она бы уже давно существовала.
СЭД – это не «вещь в себе», она разрабатывается и адаптируется под потребности заказчика. Поэтому и идеальной СЭД не существует в природе, а есть система, подходящая конкретной компании на определенном этапе ее развития: закрывает ее ключевые потребности в документообороте и взаимодействии сотрудников, гибкая в развитии с точки зрения бизнес-функций, подходящая под ИТ-инфраструктуру компании, понятная и удобная для заказчика.
69