Павел Борченко, Robin: В России уже есть платформы по роботизации, не уступающие западным разработкам
О тенденциях на рынке роботизации бизнес-процессов, стратегиях российских игроков после ухода зарубежных вендоров, а также о ключевых RPA-проектах рассказал генеральный директор компании Robin Павел Борченко.
Борченко
На какой стадии находится российский рынок роботизации процессов сегодня? И какие основные вехи в его эволюции вы можете отметить?
Павел Борченко: За рубежом рынок RPA оформился еще в 2000-е годы и активно развивается с начала 2010-х годов. Россия в этом направлении все еще занимает позицию догоняющего, то есть, пока наша страна здесь не является «законодателем мод» и все еще следует западным трендам.
Заметный рост российского сегмента RPA начался в 2016-2017 годах. В это время возник реальный интерес клиентов к роботизации, был проведен ряд интересных пилотных внедрений. В некоторых проектах для создания настраиваемых программных роботов использовалась заказная разработка, поскольку в то время еще не было российских вендоров с собственной экспертизой, от них поступали только точечные решения. Но уже в 2018 году на рынок роботизации вышли несколько отечественных компаний, которые уверенно стали говорить о проведении масштабной роботизации у различных клиентов.
Развитие российских игроков было столь стремительным, что уже в 2020 году отечественные RPA-вендоры на домашнем рынке начали всерьез конкурировать с такими зарубежными компаниями, как UPath, Blue Prism и Automation Anywhere, входящими в число лидеров магического квадранта Gartner.TAdviser выпустил новую карту российского рынка информационных технологий: более 380 разработчиков и интеграторов
Если говорить о рынке роботизированной автоматизации процессов в целом, то практически все вендоры – как зарубежные, так и отечественные – растут на нем уверенными темпами. В среднем сегмент RPA прибавляет по 40% в год.
RPA – достаточно универсальная технология, и в этом ее привлекательность. Ее можно использовать практически в любой отрасли и в любом подразделении. Если изначально среди потребителей программных роботов тон задавали банки, то в последнее время роботизацией активно занимаются многие вертикали: крупные промышленные холдинги, нефтеперерабатывающие компании, госсектор и другие. Можно сказать, что уже все отрасли в той или иной степени включены в роботизацию процессов.
Как изменилась ситуация в сегменте RPA в 2022 году?
Павел Борченко: На мой взгляд, для российских вендоров в 2022 году открылось окно возможностей, так как многие зарубежные компании покинули наш рынок. Соответственно, еще весной начался рост спроса на отечественные решения. Большинство российских клиентов, которые раньше использовали зарубежные разработки RPA, к настоящему времени уже выбрали российские аналоги или находятся в процессе выбора, проводя тестирование имеющихся на рынке платформ.
Соответственно, в этом году обострилась конкуренция между отечественными вендорами в технологическом плане – компании стараются как можно быстрее разработать у себя тот функционал, которым обладали зарубежные платформы, и которого до 2022 года не было у российских решений. Можно сказать, что в этом году наблюдается некое соревнование по разработке функционала. При этом каждый вендор старается привнести какую-то свою фишку: одни предоставляют более гибкое лицензирование, другие работают над безопасностью, третьи – удобствами интерфейсов.
Сейчас на российском рынке роботизированной автоматизации процессов насчитывается порядка десяти вендоров. Среди них уже значительно выделяются несколько компаний. Думаю, в ближайшие 2-3 года рынок консолидируется и получит крупных вендоров, которые будут уверенно работать в фазе масштабирования.
Способны ли оставшиеся участники быстро предложить надежные альтернативы зарубежным платформам RPA?
Павел Борченко: У меня нет сомнений в том, что российские вендоры уже практически готовы предложить заказчикам решения, не уступающие по качеству и функционалу платформам ушедших из России компаний. Вопрос лишь в подходах разных вендоров. С одной стороны, есть несколько компаний, которые выбрали стратегию прямолинейного копирования зарубежных решений и стараются максимально продублировать привычный заказчикам функционал, а также разработать схожие интерфейсы. Вполне понятно, что к таким платформам довольно лояльно относятся пользователи, которые привыкли к работе с зарубежными решениями. С другой стороны, популярные зарубежные платформы создавались довольно давно для сравнительно молодого рынка, и в них, как правило, использовались устаревшие технологии с сопутствующими проблемами в архитектуре и уязвимостями в рамках информационной безопасности. Современные решения требуют более гибкой архитектуры, независимости от зарубежных проприетарных продуктов и фреймворков, комплекса интегрированных сервисов по роботизации, а не просто технические функции RPA - платформы. Поэтому мы стараемся следовать по собственному пути, не копируя слепо зарубежные аналоги, чтобы развивать решение, уже по многим характеристикам, превосходящее зарубежные платформы.
На протяжении длительного времени ROBIN RPA зарекомендовала себя как надежная промышленная платформа роботизации для создания цифровых сотрудников. Наши Заказчики выбирают нас, потому что видят возможности, которые не смогли найти или должным образом использовать даже в платформах мировых лидеров. Это инструмент для их бизнес- побед, вот уже третий год подряд проекты на платформе ROBIN выигрываю престижные премии «проект года», удостаиваются наград даже на правительственных форумах. Если одной фразой – то ROBIN это «больше чем RPA…»
При этом мы не забываем концентрироваться на моментах, которые, сейчас, наиболее важны для российского рынка. Речь прежде всего идет о запуске RPA-решений на отечественных операционных системах - мы первыми реализовали такую возможность. Кроме того, мы первыми предложили рынку No-Code инструменты, которые позволяют создавать роботов сотрудниками, не имеющими навыков программирования. Это довольно большой шаг вперед по сравнению с зарубежными вендорами, которые при создании решений на своих платформах опираются только на центры экспертизы с довольно дорогостоящими разработчиками. Тем самым, стоимость каждого проекта по роботизации оказывается довольно высокой. Отдельно стоит отметить максимальный уровень безопасности нашей платформы, который достигается за счет раздельного управления программным кодом в роботе, независимо от его сценария.
Мы ожидаем, что в ближайшие пару лет 90% российских заказчиков перейдут на отечественные платформы роботизированной автоматизации процессов. Этот процесс может идти даже более быстрыми темпами, но надо учитывать то, что некоторые заказчики закупили западные лицензии на 2-3 года, поэтому для таких компаний тема импортозамещения пока неактуальна. Кроме того, вероятно, отдельные компании занимают выжидательную позицию, надеясь, что через какое-то время ушедшие вендоры вернутся в Россию.
Нет ли у вас опасений, что с уходом международных игроков российский рынок многое потеряет в развитии экспертизы и лишится конкурентного "драйва"?
Павел Борченко: Вероятность того, что российские вендоры расслабятся и станут менее ответственно подходить к развитию продуктов, конечно, существует. Но в ближайшее время этого точно не случится. Сейчас между отечественными компаниями на рынке RPA идет довольно жесткая конкуренция. Кроме того, на мой взгляд, отечественные разработчики стали более внимательно отслеживать тенденции на мировом рынке. Мы регулярно знакомимся с анонсами зарубежных компаний и стараемся идти нога в ногу с ними, даже несмотря на то, что уже не конкурируем с этими платформами.
Постоянно держать руку на пульсе ключевых трендов в сфере роботизации также необходимо потому, что мы не ограничиваем свою бизнес-стратегию пределами России и стран СНГ, надеясь через некоторое время выйти на рынок дальнего зарубежья. Таким образом, мы рассчитываем вновь развернуть конкуренцию с ушедшими из России компании.
Компания Robin не просто старается отслеживать текущие тенденции рынка, но и сама выступает основоположником некоторых из них. Так, мы стали пионерами кроссплатформенных роботов, то есть реализовали поддержку исполнения алгоритмов на нескольких операционных системах. И мы видим, что в последнее время все российские компании следуют этому тренду, реализуя в своих платформах поддержку Linux. Кроме того, сейчас мы переводим настольные RPA-приложения в Web, и это также не просто дань моде, а необходимость обеспечения полной независимости от операционных систем и фреймворков не только для самих роботов, но и для Студии разработки. Пока этого нет ни у кого, даже у мировых лидеров, но я уверен, что со временем по этому пути пойдут и другие платформы.
Какие особенности платформы Robin RPA можно отметить и что нового появилось в ее функционале за последнее время?
Павел Борченко: У нашей платформы есть несколько ключевых отличий от систем конкурентов. Так, Robin RPA имеет два режима разработки роботов – No-Code и Low-code. Режим No-Code, о котором я уже упомянул, - уникальная особенность нашего решения, такого пока нет ни у одного из конкурентов. Возможность создания роботов без программирования, из кубиков, доступна практически любому специалисту заказчика, в этом легко разобраться.
При этом мы понимаем, что большинство центров экспертизы в области роботизации, которые создавались зарубежными вендорами, ориентированы на программистов в компаниях-заказчиках. Поэтому для таких сотрудников у нас есть Low-Code-режим, который позволяет программировать прямо в Студии или создавать собственные компоненты с помощью инструмента Robin SDK, при этом можно писать код на любом языке программирования – Java, Python или любой язык .Net фреймворка.
Согласно идеологии Robin, разработчики не просто пишут код, а создают именно действия для повторного использования в рамках организации с заданной ролевой моделью. Как и большинства RPA - вендоров, программный код в ROBIN также можно создавать в самом сценарии робота с помощью Low-Code редактора, но в отличие от абсолютно всех существующих RPA решений, данный программный код не становится "захардкоженной" частью сценария робота, а сохраняется в виде отдельного защищенного пакета, и может быть импортирован в другую студию как действие, либо опубликован на оркестратор. Соответственно, такой подход позволяет управлять программным кодом отдельно от сценария самого робота - устанавливать необходимые права, ролевую модель, обеспечивать должную безопасность и технологичность его дальнейшего сопровождения и повторного использования.
Многие вендоры ошибочно считают наличие визуального конструктора достаточным, чтобы заявить о поддержке No-Code, ведь при этом, возможные в в данных конструкторах, "инъекции" кода в сценарий робота делают его "черным ящиком", который невозможно развивать и сопровождать без квалифицированного разработчика. Это искажает саму суть No-Code технологии. Раздельное управление программным кодом является исключительной особенностью ROBIN, позволяющей работать как в традиционном Low-Code, так и в реальном No-Code режиме.
Многие наши Заказчики отмечают удобство одновременного использования в платформе как Low-Code так и No-Code режимов, например, когда наряду с центром компетенции необходимо дать возможность разрабатывать роботов пользователям на местах
Еще одна важная особенность разработки нашей платформы – это повышенное внимание к архитектуре безопасности, исходя из того, что большинство наших заказчиков представляют сегмент enterprise. Все используемые компоненты, включая СУБД и сервер приложений, включены в реестр российского ПО, то есть, являются разрешенными и доверенными решениями. Как промышленный инструмент, ориентированный на масштабное использование, платформа Robin RPA легко масштабируется внутри крупных организаций, поддерживает кластеры и массовое развертывание роботов.
С точки зрения функциональности мы ориентированы на комплексную роботизацию сквозных процессов, а не просто выполнение локальных и отдельных задач. Мы создали функционал цифрового сотрудника, который может использовать весь спектр действий роботов, различные экранные формы взаимодействия с сотрудниками, нативные элементы на основе технологий искусственного интеллекта. Это позволяет обрабатывать сообщения в чатах, в голосовых модулях и работать с документами, распознавать данные и заносить их в системы и т.п.
Для самых искушенных Заказчиков, с большим количеством эксплуатируемых роботов, распределенной организационной структурой и ДЗО мы предлагаем организацию закрытого корпоративного маркетплейса с личным кабинетом внутреннего Заказчика. Это центр управление роботизацией, который необходим для организации распределенной работы с программными роботами (в частности, для их публикации, использования, размещения заказов в соответствии с заданной ролевой моделью и т.п.)
Отмечаете ли вы интерес к своей платформе в рамках импортозамещения?
Павел Борченко: Действительно, рост спроса на решения нашей компании во многом обеспечен новой волной импортозамещения, поднявшейся после февральских событий. Мы участвуем во многих тендерах на замену зарубежных RPA-решений. Наши специалисты разработали подробную методику перехода с иностранного ПО на платформу Robin RPA. При этом, мы не считаем проценты – ведь, в сущности, какая разница на сколько точнее переведен робот на 99% или 85% (всегда будут отличия в подходах, производительности из-за разных архитектур платформ). Мы и наши партнеры переводим роботов с других платформ на ROBIN на 100%, за счет того, что делаем это «под ключ», с оптимизацией под требуемую инфраструктуру.
В целом, мы не стараемся громко хвастаться только проектами по миграции. Ведь в большинстве случаев при этом не создается дополнительной ценности для бизнеса наших Заказчиков – просто роботы «переезжают» с одной платформы на другую. Этот путь мы уже прошли несколько лет назад и сейчас стараемся дать нашим заказчикам дополнительные возможности, помимо вывески «Отечественное ПО».
В рейтинге российских платформ CNews мы уже третий год подряд занимаем лидирующие позиции[1], а заказчики, осуществившие роботизацию при помощи платформы ROBIN RPA, который год подряд выигрывают премию Global CIO. Кстати, в этом году мы подались туда с масштабным проектом c облачной фабрикой программных роботов по автоматизации процессов для "РЖД-Технологии"[2].
Также у нас есть отдельный стрим разработки, связанный с процессом импортозамещения. Нам удалось создать механизм запуска роботов на импортозамещающих ОС, также у нас есть отдельные действия по работе с офисными пакетами. Все наши разработки входят в реестр отечественного ПО.
Сейчас на основе нашей платформы реализуется большое количество проектов как в госсекторе, так и в компаниях с государственным участием. По сути, сами заказчики помогают нам понять, как лучше подстроиться к изменяющейся инфраструктуре той или иной компании, опираясь на их потребности.
Благодаря режиму No-Code в платформе Robin RPA начинать с ней роботизацию легко любому заказчику. И здесь можно очень быстро получить результат.
Какие отрасли служат драйверами рынка роботизированной автоматизации процессов в России?
Павел Борченко: Прежде всего, это нефтегазовые компании и банки. В последнее время RPA активно открывает для себя госсектор – правительства городов, органы власти. Также я могу выделить сферу энергетики, у нашей компании в ней довольно много клиентов. При этом процессы роботизации активно развиваются не только в генерирующих предприятиях, но также в сетевых распределительных и энергосбытовых компаниях.
Расскажите, пожалуйста, о наиболее интересных проектах внедрения Robin RPA за последнее время.
Павел Борченко: Из последних внедрений хочу отметить проект в АО «Мосэнергосбыт» - крупнейшей энергосбытовой компании в России. Там наши роботы помогают юристам вести работу по задолженностям, формируя претензионные документы для подачи в суд. Также с нашим участием реализован проект в компании «Газпромтранс». Он интересен тем, что порядка 200 пользователей прошли обучение работе с нашей платформой. Сотрудники заказчика узнали, как работать со студией и, соответственно, получили необходимые навыки для самостоятельной разработки роботов. Это позволило заказчику самостоятельно реализовывать процессы роботизации значительно быстрее, в дополнении к активностям по созданию собственного центра экспертизы.
В 2022 году мы реализовали крупный проект в департаменте информационных технологий (ДИТ) города Москвы. Также мы помогаем внедрять процессы роботизации правительству Санкт-Петербурга. Там один из роботов, например, способен обрабатывать ежедневно 2000-3000 платежных документов, что позволяет говорить об экономии 100-150 человеко-часов в день. Следовательно, от рутинной нагрузки можно освободить до 15 сотрудников. Последовательно с каждым процессом, увеличивается количество роботов и польза от них во многих других заказчиках, например в Минэкономразвития, компаниях «Аэрофлот» и «Татнефть».
Кстати, большинство перечисленных мной компаний и органов власти не реализуют проекты импортозамещения, а внедряют средства роботизации впервые.
Поделитеcь, пожалуйста, своими планами на 2023 год.
Павел Борченко: Как логическое развитие платформы ROBIN RPA мы разрабатываем концептуально новое решение «Цифровой сотрудник», которое позволит заказчикам решать комплексные бизнес задачи за счет роботизации сквозных процессов и применения когнитивных функций для обработки документов, текстовых и голосовых сообщений. Наша цель – сделать так чтобы в любой организации на нашей платформы можно было действительно быстро и просто сделать «цифрового сотрудника» - программного робота, которому не страшно доверить интеллектуальные задачи, как полноценному сотруднику.
Как и с самого начала работы – наш приоритет на работу в России (при этом у нас есть достаточно много активностей за рубежом, о которых мы планируем рассказать уже в следующем году). Мы фокусируемся на работе с крупнейшими организациями страны, продолжаем наращивать собственные ресурсы для поддержки и обучения нашим решениям, развиваем партнерский канал для оказания лучшего сервиса своим Заказчикам.
Планируем развивать нашу облачную платформу роботизации ROBIN CLOUD с маркетплейсом готовых программных роботов, повышая тем самым, уровень зрелости и доступности RPA инструментов для организаций любого масштаба.