Максим Мельситов, BIA Technologies: Сегодня есть прекрасная возможность, чтобы выпустить на рынок отличный качественный продукт
Пару месяцев назад начался новый этап импортозамещения – реального, а не «бумажного». О том, как эти трансформации меняют рынок продуктов и услуг отечественных вендоров, TAdviser рассказал Максим Мельситов, директор по развитию бизнеса компании BIA Technologies
Пожалуй, одной из ярких особенностей нового этапа импортозамещения стоит считать активное включение в эти процессы коммерческого сектора. По Вашим оценкам, какие новые вызовы с этим связаны, как на стороне клиентов, так и российских вендоров?
Максим Мельситов: Здесь надо говорить сразу о трех компонентах: «железо», инфраструктурное ПО и бизнес-приложения. Если говорить о «железе», то выстраивание «железной» инфраструктуры на отечественном – это большой путь, и мы только начали по нему двигаться. С инфраструктурным ПО ситуация чуть-чуть получше: есть немало инфраструктурных продуктов: от операционных систем до систем виртуализации и удаленной работы, - которые вполне можно использовать для импортозамещения, и примеры успешного импортозамещения есть. А вот аспект бизнес-приложений давайте разберем детальнее, ведь именно здесь работает компания BIA Technologies.
В первую очередь, отмечу вал запросов (думаю, это вполне корректная характеристика происходящего) на миграцию ERP-систем. Глобальные вендоры: SAP, Oracle, Microsoft – покинули наш рынок. Из крупных игроков на нем осталась фактически только компания «1С», которая, надо сказать, в последние годы серьезно работает в корпоративном секторе для реализации Enterprise-задач на базе своих решений: «1С:Управление предприятием», «1С:Управление холдингом», а также «1С: ERP УХ» (конфигурация, объединяющая управление холдингом и управление производственным предприятием).
Важно отметить, что уже есть позитивный опыт, когда решение «1С» внедряется в компании с числом пользователей больше 10 тысяч. И наша компания участвует в проектах подобного масштаба. Так, именно BIA Technologies первая внедрила решение на базе платформы «1С», которое поддерживает более 6 тыс. одновременно работающих пользователей. Это решение объединяет все процессы нашего клиента – компании «Деловые Линии» и обеспечивает их функционирование.Сергей Петренко, МТС RED: ИБ-игроки строят экосистемы, чтобы обеспечить заказчика интегрированными средствами защиты
При этом мы имеем компетенции и во внедрении, адаптации и модификации под нужды заказчика базовых вышеперечисленных базовых конфигураций - участвуем в реализации различных крупных Enterprise-проектов по разным направлениям, например, автоматизация финансово-хозяйственной деятельности, внедрение электронного документооборота в связке с нашим BPM-решением Sunrise на платформе «1C» и т.д.
С точки зрения вызовов, стоит отметить: несмотря на наличие у фирмы «1С» очень широкой сети франчайзи – их тысячи, далеко не все представители этой франчайзи-среды способны реализовывать серьезные крупные проекты.
Когда выбор вендоров в крупной нише ИТ-проектов сокращается до одного, это ведь тоже риск?
Максим Мельситов: Конечно, безальтернативности не будет! Может быть, в текущий момент времени конкуренция окажется снижена, но на рынке точно заметны предпосылки к ее оживлению в дальнейшем. Например, в области ERP сегодня представлены и небольшие ERP-системы, способные к развитию. Активно работают стартапы, специализирующиеся в области ERP, - они захватывают перспективные направления развития. При этом «1С» останется крупнейшим отечественным вендором.
В условиях ужесточающегося санкционного давления ожидается оживление российской промышленности. Российские ИТ-компании готовы поддержать эти процессы?
МАКСИМ МЕЛЬСИТОВ: Давайте возьмем в качестве примера пищевую промышленность. Продовольственная безопасность является очень важной и актуальной задачей для Российской Федерации. Считается, что мы достаточно серьезно защищены, с этой точки зрения, как в производстве продуктов животноводства, так и в молочной промышленности. В то же время мы понимаем, что общий уровень зрелости текущих пищевых производств в России, за исключением отдельных лидеров, – далеко не самый высокий, особенно, в регионах. Там нужно говорить даже не об импортозамещении – решений SAP там вообще никогда не было, а о качественном повышении эффективности предприятий за счет ИТ. Потенциал отрасли в этой части - очень серьезный. К тому же там есть деньги, потому что пищепром сегодня - в фокусе внимания государства.
Мы в компании BIA Technologies хорошо понимаем пищевую промышленность: знаем, как управлять такими производственными предприятиями, в том числе, с помощью оптимизационных моделей и решений класса ERP плюс MES.
Предприятия из других отраслей промышленности, включая и те, что связаны с гособоронзаказом, также находятся в фокусе внимания нашей компании. Согласитесь, что для обеспечения гособоронзаказа никто не будет использовать продукты SAP. А в портфеле «1С» для этих целей есть отличные модули и компоненты ERP.
В целом, у нас реализовано большое количество проектов внедрения ERP компании «1С». И наше ключевое преимущество в этой связи - то, что мы знаем и умеем, как создавать большие высоконагруженные системы на платформе «1С». Мы умеем использовать все конфигурации и компоненты экосистемы «1С» для того, чтобы пользователи практически не заметили перехода с продуктов SAP. Конечно, изменения в пользовательских интерфейсах они заметят, но, что касается ядра системы, то обеспечить то быстродействие, на которое способны решения SAP, вполне возможно на платформе «1С».
Можете привести пример практической реализации высоконагруженной системы на базе отечественных продуктов?
МАКСИМ МЕЛЬСИТОВ: Хороший пример – наш крупнейший клиент, логистическая компания «Деловые Линии». Думаю, мы можем сказать про себя, что мы знаем о логистике все, потому что мы полностью автоматизировали основную деятельность «Деловых Линий»: от управления складом (Warehouse Management System, WMS) до управления перевозками (Transportation Management Systems, TMS) и до, так называемого, управления двором (Yard Management System, YMS), то есть управления транспортом на территории складского комплекса.
Для логистической компании скорость и время отклика ИТ-систем – критически важные характеристики для бизнеса компании, потому что логистика – это область высокодинамичных решений, где быстро меняются состояния, процессы и т.д. Если клиент отправил заявку на калькуляцию своего маршрута с сайта, то эта заявка должна быть отработана в течение нескольких секунд. Именно такие системы построила BIA Technologies. Думаю, наша компания на текущий момент времени имеет самый большой в России опыт построения высоконагруженных систем, обеспечивающих качественное быстродействие, в том числе, процессное, которого требуют текущие требования к цифровизации современных компаний.
К числу актуальных для импортозамещению стоит также отнести системы бизнес-аналитики для крупных предприятий. Как обстоит дело с импортозамещением в этой части?
МАКСИМ МЕЛЬСИТОВ: Что касается бизнес-аналитики, то ранее в нашем портфеле были такие известные западные решения, как Qlik View и Microsoft Power BI. Параллельно мы анализировали рынок и думали, какие из российских решений способны заменить иностранных вендоров. В первую очередь, это компания Visiology, с которой у нас заключено партнерское соглашение. Могу уверенно сказать, что на платформе Visioloigy можно выстроить системы бизнес-аналитики, заменив Power BI и продукты компании Qlik.
Здесь важно отметить, что решения российских вендоров, хотя и достаточно зрелые, чтобы обеспечить компаниям требуемую аналитику, но в то же время они находятся в стадии активного роста. Они сами активно меняются в рамках реализации тех или иных проектов. То есть вендоры активно работают с клиентом, понимают, что им нужно доработать, и часть этих доработок происходит в рамках проектов внедрения. Отечественные вендоры, хоть и находятся в данный момент в роли догоняющих по отношению к крупным западным системам (Microsoft Power BI, Qlik, Tableau), но догоняют их очень активно. И сегодня есть отличная возможность для того, чтобы выпустить на рынок, действительно, отличный качественный продукт, который станет на 100% конкурентоспособен по сравнению с ведущими мировыми лидерами.
Также к бизнес-аналитике зачастую относят решения, связанных с оптимизацией и прогнозированием. Это тоже один из фокусов нашего развития.
Что это за системы?
МАКСИМ МЕЛЬСИТОВ: Мы говорим о тех компаниях, которые уже прошли этап базовой автоматизации в виде ERP, накопили объем данных о своей основной деятельности и сейчас для них на повестке дня стоит задача оптимально выстроить свои процессы, чтобы повысить эффективность на уровне операционной деятельности. И говорим, в первую очередь, про суточное и сменно-суточное планирование, если это относится к производству. Для других отраслей тоже подразумевается контроль реализации планов в сверхкраткосрочном периоде – день-два, неделя.
Для этого на корпоративном уровне используются различные математические модели, позволяющие оптимизировать деятельность предприятия, связанную, например, с планированием производства, планированием отгрузок, планированием сбыта, прогнозированием сбыта и т.д. Это большой пласт задач, которые нужно и важно решать. И поток запросов на такие решения на рынке постоянно растет.
Как выглядит сейчас рынок таких решений оптимизации бизнеса?
МАКСИМ МЕЛЬСИТОВ: Как мы считаем, на настоящий момент этот рынок еще до конца не сформирован. Он находится в состоянии формирования. Но мы уже тоже имеем достаточно обширную экспертизу, связанную, в частности, внутризаводским производством, внутрипроизводственной логистикой, транспортом, сбытом, продажами. Более того, у компании есть собственный продукт BPLEX, который позволяет оркестрировать и запускать расчет математических моделей.
Расскажите, пожалуйста, подробнее об оркестрации математических моделей.
МАКСИМ МЕЛЬСИТОВ: По сути, математическая модель работает на пересечении нескольких функций, например, пары: прибыльность и уровень складских запасов. В общем случае матмодели работают на пересечении многих функций и отношений многих ко многим. Пример такой многокритериальной оптимизационной задачи: как сформировать систему отгрузок компании, чтобы товарные запасы были минимальны, а прибыльность - максимальной с учетом состояния рынков, прогнозов по отгрузкам и с учетом роста потребления. Вы видите, что есть множество факторов, которые должны пересечься в одной точке, которая и будет точкой оптимума, которую нужно далее поддерживать. И эту модель нужно рассчитывать ежедневно, ведь, к примеру, на предприятии пищепрома сосиски и колбаса производятся каждый день, и каждый день бекон нарезается.
Тут мы сталкиваемся с очень серьезной проблемой: если создать одну большую модель, она будет считаться вечность. Поэтому мы разработали собственное решение, которое, по сути, «режет» эту модель на много мелких и оркестрирует их запуск внутри некоторой большой оптимизационной модели таким образом, чтобы они с минимальным затратами времени считали ту или иную функцию, производили нужный расчет на основе данных, постоянно актуализируемых внутри компании.
Можно ли довести эту задачу до режима, близкого к реальному времени?
МАКСИМ МЕЛЬСИТОВ: Да, технически это возможно. Модель считается, и в нее можно выгружать изменения, которые происходят в данных, в режиме онлайн. И вот это разбиение многокритериального анализа на мелкие модели, которое мы реализовали, позволяет практически в режиме онлайн пересчитать модель на основе изменившихся данных. Я подчеркиваю – практически в режим онлайн, для получения результата потребуется подождать две-три-пять минут. Правда, такой режим далеко не всегда нужен. Здесь есть более интересный аспект.
Под решениями класса BPLEX лежат, так называемые, солверы - программные комплексы, которые позволяют решать сложные задачи математической оптимизации, включая комбинаторную. До недавних пор оптимизационные модели использовали популярные солверы корпорации IBM и другой американской компании - Gurobi. В связи с санкциями возникла достаточно серьезная проблема с этими солверами. И наше решение позволяет ее преодолеть.
Действительно, почему вышеуказанные солверы стали популярными? Потому что они позволяют быстро считать очень сложные модели. А вот предложенное нами разбиение модели на более мелкие компоненты позволяет в определенных местах использовать open source солверы, которые тоже присутствуют на рынке. Причем, небольшие компоненты модели можно запускать параллельно. В целом, наше решение оркестрации моделей подразумевает и параллельный, и последовательный запуск малых моделей, что позволяет приблизиться к скорости расчета большой модели западным солвером. То есть во многих отраслях мы можем достигать требуемых эффектов.
На российском ИТ-рынке есть сегмент, где уже давно доминировали российские вендоры. Это сегмент BPMS. Какие изменения происходят там в связи с импортозамещением?
МАКСИМ МЕЛЬСИТОВ: Да, тут разворачивается очень интересная история. Несмотря на то, что история BPMS в России началась с корпорации IBM, но к настоящему моменту эти решения не обладают заметной долей рынка. К началу нынешнего года на рынке решений управления бизнес-процессами (BPMS) доминировали отечественные компании: ELMA, Directum, Terrasoft (Creatio), Comindware. Все эти компании - российские, за исключением Terrasoft, которая имеет украинские корни. В нынешней ситуации она покинула российский рынок, а до того, занимала, между прочим, первое место. Поэтому сегодня серьезные перспективы открываются как раз в области замещения платформы Creatio компании Terrasoft.
Отечественный рынок BPMS - на подъеме, российские решения вполне конкурентоспособны и имеют хорошие перспективы для импортозамещения.
В этой связи упомяну одну из наших разработок – решение класса Low-code BPMS. Его существенная отличительная особенность заключается в том, что решение реализовано на платформе «1С». На текущий момент времени это одно из немногих, а если смотреть по показателям качества, то единственное решение, которое на платформе «1С» позволяет выстроить корпоративную систему Low-code BPM.
Что может заказчику тесная интеграция «1С» и Low-code BPM?
МАКСИМ МЕЛЬСИТОВ: Продемонстрирую на примере. Возьмите, например, такое интересное направление, как продукты для транспортной логистики уровня WMS/TMS. В целом, сейчас имеется большой пул российских вендоров, которые достаточно успешно замещают иностранные решения в этой сфере. Тут и у «1С» есть достаточно серьезные, неплохие решения, которые позволяют автоматизировать указанные функции. Да, возможно, они не до конца привязаны к общей модели управления логистикой. Но тут нам на помощь приходят системы управления класса BPM, за счет которых можно организовать именно процессную увязку логистического контура. Тогда вниз уходят системы оптимизации, которые позволяют всю эту историю оптимизировать. Поэтому, думаю, блок логистики на текущий момент времени вполне импортозамещаем.
Обилие отечественных решений – это, конечно, хорошо. Но проблема выбора для конкретного заказчика упирается в отсутствие независимых рейтингов. Придется полагаться на мнение доверенного интегратора?
МАКСИМ МЕЛЬСИТОВ: Думаю, что масштаб проблемы несколько преувеличен. Сам выбор ПО конечно же стал гораздо меньше. Скажем, раньше для того, чтобы внедрить систему бизнес-аналитики, нужно было изучить десяток вендоров, то сейчас пятерку, если не тройку. Супер-большого выбора у текущих владельцев бюджетов нет: по разным направлениям есть топ-5 отечественных вендоров (и у них всегда есть чек-листы, с которыми можно ознакомиться) плюс несколько активно развивающихся стартапов, которые демонстрируют качественные результаты в нишевых решениях. Необходимую для правильного выбора информацию потенциальный заказчик может получить сам.
Но и к мнению интеграторов тоже стоит прислушиваться. Они ведь, на самом деле, обладают достаточно полной картиной рынка. Они ведь внимательно изучают все происходящее на рынке импортозамещения, активно тестируют продукты и делают выводы о том, какие из текущих решений является наиболее эффективным для решения тех или иных задач. Скажу так: доверять интегратору можно, но аккуратно, наращивая собственные экспертные знания в конкретных областях ИТ, чтобы оценивать те системы, которые будут попадать в контур внедрения и понимать их особенности.
Что можно сказать о конкурентоспособности продукции российских вендоров в части стоимости и техподдержки ПО? Придется ли российским вендорам создавать столь же разветвленные службы поддержки и использовать развитые финансовые инструменты, что раньше было свойственно глобальным вендорам?
МАКСИМ МЕЛЬСИТОВ: Конечно, российским вендорам придется вкладываться в свою техническую поддержку. Но в то же время они получат определенный доход с рынка, за счет которого они смогут эти деньги реинвестировать и развивать серьезный Enterprise-бизнес. Причем, мы (весь российский рынок) находимся в той ситуации, когда УЖЕ нужно мигрировать. Значит, потоки денег в отечественных вендоров возрастают. И тот, кто построит правильный и качественный бизнес, с точки зрения техподдержки, продвижения на рынке и улучшения своих систем, тот будет на коне. А кто не сможет, тот уйдет с рынка.
Конкурентная борьба заставит отечественных вендоров заниматься «улучшайзингом» по всем направлениям - развивать и техническую поддержку, и ядро, и систему, и решения, и партнерскую сеть, и маркетинг.
Но ведь у отечественны вендоров нет таких маркетинговых бюджетов, как у глобальных лидеров типа SAP и Microsoft. Придется изобретать какие-то эффективные стратегии продвижения?
МАКСИМ МЕЛЬСИТОВ: Эффективные стратегии – это раз. Два – это получение грантов на доработку, разработку продуктов, участие в стартапах и тому подобных вещах.
Государство давно стремится создать инфраструктуру работы, как стартапов, так и разработки ПО и т.д. Льготы программистам, льготы ИТ-компаниям, льготы стартапам. Гранты, инвестиции, софинансирование разработок и проектов. Государство в направлении поддержки ИТ-рынка движется активно. Оно сегодня направляет очень большую грантовую помощь, которую нужно получать и доказывать, что продукт будет эффективным, что есть план его развития.
Ситуация складывается так, что мы проходим этап кризиса. А кризис – это, по сути, время для улучшения менеджмента. Потому что кризис успешно пройдут те, кто может грамотно и качественно управлять своей компанией. Кто понимает, какие затраты и в какой момент времени дадут достижение цели, результат. Понятно, что в текущей ситуации планировать на несколько лет сложно. Но, тем не менее, все те, кто являются игроками на рынке в своих нишах, все равно этим занимаются этим: стратегия и сценарное развитие компании, изменение стратегических целей в связи с изменением внутренних и внешних факторов.
Нужно помнить, что кризис – это в любом случае не только проблемы, но и точки роста. И точки роста нужно использовать, заниматься ими. Много точек роста находится в вертикалях рынка, ведь много чего у нас в России сегодня не производят. И государство готово вкладываться в эти точки роста. Поэтому, я считаю, смотреть нужно с оптимизмом. Но с оптимизмом взвешенным, рациональным, который имеет под собой планирование, понимание, как это будет работать и разные сценарии развития событий. Если коротко, то это называется «эффективность управления».
Да, проблемы есть: сломались потоки, и логистические, и финансовые, и есть множество других вопросов, которые нужно решить. Но большую долю этих вопросов нужно решать с помощью эффективного менеджмента и соответствующих ИТ-решений. Такие решения российского происхождения есть, и они вполне конкурентоспособны по сравнению с западными.