Тимур Меджитов, Directum: Крайне важно, чтобы законодательство поспевало за прогрессивными технологиями
Заместитель директора по работе с органами власти компании Directum Тимур Меджитов в интервью TAdviser указал на плюсы и минусы принятой программы «Цифровая экономика», рассказал о дефиците ИТ-кадров в России, о проблемах регионов при реализации ИТ-проектов, а также о наиболее крупных проектах в госсекторе, выполненных компанией Directum в 2016-2017 годах.
Назовите, на ваш взгляд, самые важные ожидаемые шаги и главные замечания к программе «Цифровая экономика Российской Федерации»
Тимур Меджитов:Программа «Цифровая экономика» — это первый системный взгляд государства на данную тему. Уже само существование программы — важная веха для государства и очередной шаг на пути к более современному и удобному укладу жизни граждан. Сегодня широко обсуждаются две версии программы. Первая версия, в исполнении Минкомсвязи РФ, выглядела как хорошее техническое задание — обозначены цифры и сроки, мы видим, к какому результату нужно стремиться. По ней можно формулировать отдельные комментарии. Вторая версия, в виде Распоряжения Правительства РФ, стала более размытой и общей, даже некоторые совершенно конкретные понятия, как, например, «блокчейн», заменены на более абстрактные «системы распределенного реестра» и «единая цифровая среда доверия». Также из нее пропали привлекающие внимание населения разделы «Цифровое здравоохранение» и «Умный город».
Надо понимать, что переход на «цифровую экономику» — это глобальный проект, и он затрагивает разные стороны жизни, поэтому следует ожидать, что на этапе воплощения возникнут объективные трудности. Поэтому чем четче обозначены планы, тем проще их контролировать и понимать, к чему мы идем. Хотелось бы, чтобы первая версия программы использовалась при подготовке детальных дорожных карт, так как она имеет детализацию по текущим вопросам, касающихся электронных архивов, государственных услуг, межведомственного взаимодействия и СЭД.Бизнес переходит на российское ПО, но отнюдь не массово
Для выполнения принятой правительством Программы крайне важно, чтобы законодательство поспевало за прогрессивными технологиями. Ожидается, что первые меры по регулированию законодательства будут определены уже в самое ближайшее время — в четвертом квартале 2017 года.
- Важный момент, который отражен в Программе и который всячески поддерживает наша компания — повышение цифровой грамотности населения и ввод аттестационных нормативов. В первую очередь, сами чиновники должны овладеть «цифровыми навыками». Мы не сможем добиться реальных успехов, если ведомства не будут доверять электронным документам и использовать их. В нормативных документах нужно черным по белому прописать «чиновник обязан подписывать документы в электронном виде».
- Принятая программа предусматривает создание федеральных центров компетенций по различным направлениям — и это еще один шаг, которого мы ждем.
- Как разработчик облачных решений компания Directum будет следить за развитием этого направления. Согласно Программе, информационные системы государства будут переведены в облака, и, соответственно, предусмотрено серьезное развитие ЦОДов в России. Это определенный вызов — нужны компетенции и серьезные меры по обеспечению безопасности, так как речь идет о цифровых активах и персональных данных всего государства. Также в части облачных решений серьезный интерес с нашей стороны вызывает нормативная база и культура, которая позволит идти к облакам не только органам власти, но и организациям с госучастием и крупному бизнесу. Это позволит более легко переходить на облачные решения во всех отраслях экономики.
Минусы принятой Программы — отсутствие явного раздела про цифровые финансы, цифровое здравоохранение и текущие инструменты — блокчейн, криптовалюты, которые уже оказывают свое влияние. Нет разделов про интернет-торговлю, хотя это тоже значительная и уже работающая часть цифровой экономики, влияющая на уклады домохозяйств.
По словам главы Минкомсвязи, для обеспечения прорыва в цифровой экономике России нужно увеличить количество ИТ-специалистов более чем в 2 раза — с 400 тыс. до 1 млн. Согласны ли вы с такой оценкой?
Тимур Меджитов:Если мы рассмотрим ситуацию только в масштабе Российской Федерации, то увеличение числа специалистов в 2 раза, конечно же, будет значимым. Но если говорить про прорыв не на уровне России, а на уровне мира, то это ничтожно мало. Достаточно изучить динамику мирового рынка труда в ИТ за последние годы.
В июле 2013 года Evans Data Corporation обнародовала данные, согласно которым всего в 2017 году в мире будет 18,2 млн разработчиков ПО, а в 2019 году — уже 26,4 млн, то есть на 45% больше. На середину 2013 года США лидировали в мире по количеству программистов, в этой стране их насчитывалось около 3,6 млн, в то же время, в Индии их было 2,75 млн. В 2018 году в Индии будет 5,2 млн разработчиков, рост составит около 90%, по сравнению с 4,5 млн в США (рост около 25% за аналогичный период).
В 2016 году Evans Data Corp. оценила число разработчиков в мире на уровне 21 млн, что уже тогда превзошло прогнозы исследователей. Сегодня США по-прежнему сохраняют лидерство по количеству программистов, а Китай занимает третье место после Индии. При такой динамике роста 1 млн российских разработчиков составят лишь небольшую долю от мирового ИТ-сообщества. Добавим к этому низкую производительность труда в нашей стране, значительные отличия от США в состоянии бизнес-климата (наличие венчурных фондов, поддержка стартапов и т.п.). В результате многие ИТ-компании вынуждены конкурировать на отечественном рынке между собой и не готовы выходить на зарубежный уровень.
Думаю, что Минкомсвязи в своих прогнозах стремится смотреть на ситуацию реалистично. 1 млн разработчиков — это минимально необходимое количество для начала серьезных изменений.
Ощущаете ли вы дефицит квалифицированных ИТ-кадров у себя в компании? Работаете ли вы с вузами для взращивания нужных специалистов?
Тимур Меджитов:Ощущаем нехватку специалистов, как и другие участники рынка. Мы работаем как с вузами, так и со школами: проводим мероприятия, чтобы популяризировать робототехнику, инженерные и ИТ-специальности среди школьников. Но, если вернуться к предыдущему вопросу, этого все равно недостаточно, так как взрывного роста специалистов на рынке труда не ожидается.
Ограничения касаются не только количества, но и уровня подготовки. Образовательные стандарты в ИТ требуют доработки, а вузы не всегда готовы плотно взаимодействовать с потенциальными работодателями. В итоге ИТ-компаниям приходится прилагать еще больше усилий для влияния на качество обучения — не просто готовить актуальный материал для преподавания специальности, но еще и вести переговоры с учебными заведениями. В результате большинство молодых специалистов, только заканчивающих университеты, в силу своих компетенций еще не готовы к полноценной работе в компаниях, необходимо дополнительно их обучать.
Помимо этого, в России в целом растет уровень ИТ. Следовательно, растут и потребности крупных компаний-разработчиков ПО. Если 5 лет назад студент профильной вузовской специальности был вполне конкурентоспособным кандидатом на работу, то сегодня точно такого же студента работодатели берут с перспективой обучения не менее двух лет.
Расскажите о наиболее крупных и интересных проектах в госсекторе, которые выполняла ваша компания в 2016-2017 годах.
Тимур Меджитов:В первую очередь, хотелось бы отметить проект разработки и внедрения мобильного приложения системы Directum для первых лиц субъекта РФ — Вологодской области, который стал лауреатом ежегодного конкурса проектов Directum Awards. В 2016 году приложение Directum Solo было внедрено у губернатора Вологодской области и его заместителей, а также части руководителей структурных подразделений и органов исполнительной государственной власти. Внедрение было результативным во многом благодаря поддержке и вовлеченности руководителей органа власти: в результате за декабрь 2016 года из 1931 документов, пришедших на рассмотрение Губернатору области, 1438 было рассмотрено и согласовано посредством мобильного приложения, что составило 74%. Сократились сроки подписания документов. Если раньше руководитель находился в командировке и не имел возможности подписать документы в течение нескольких дней, то с внедрением мобильного приложения он подписывает документы из любой точки мира.
Еще один проект — по реализации РСМЭВ и СИР на базе Directum в Правительстве Рязанской области — также был номинирован на Directum Awards. Особенностью внедрения стало то, что команда проекта не только установила, но и обеспечила возможность самостоятельного развития регионального портала госуслуг (РПГУ) заказчиком. Разработчики Directum спроектировали шаблоны, которые позволили в дальнейшем самостоятельно добавлять информацию по государственным услугам на портал. Тиражировали решение сами сотрудники правительства и подведомственных организаций. Решения на базе Directum установлены во всех органах государственной власти и местного самоуправления Рязанской области.
Какую долю в выручке Directum занимают проекты в госсекторе? Как и за счет чего изменилась эта доля за последние годы?
Тимур Меджитов:Доля проектов в госсекторе в общей структуре выручки остается относительно стабильной – мы оцениваем ее на уровне 20%.
Как изменились потребности госзаказчиков? Участились ли запросы на решения с поддержкой СПО?
Тимур Меджитов:Планы по внедрению отечественного ПО и СПО в органах власти действительно влияют на запросы клиентов. Потребность в решениях с поддержкой СПО стала выше, заказчики заинтересованы в реализации этих планов. В первую очередь, их интересуют операционные системы на клиентских местах и офисные пакеты. Их замена приносит наиболее значимый эффект благодаря экономии на поддержке, традиционно дорогостоящей для западного проприетарного ПО, а также благодаря массовости — таких рабочих мест большинство. Следующим шагом является замена СУБД, стоимость сопровождения которых также высока.
Но более важно, что у заказчиков вырабатывается культура формирования госзаказа. Во-первых, рынок СЭД и сопутствующих услуг стабилизировался с точки зрения требований. Во-вторых, специалисты в органах власти становятся все более грамотными и четко формулируют свои потребности. Заказывая проекты, заказчики понимают, какую именно функциональность хотят видеть в системе. Плюс к этому, они смотрят на СЭД с горизонтом планирования не 1 год, а 3-5 лет. На долгосрочную перспективу выбираются серверные мощности, закладывается потенциальная масштабируемость, отказоустойчивость, способы обучения, управление изменениями.
Изменились и масштабы: сегодня мало кому интересно внедрять систему точечно, например, только в службе делопроизводства. Госзаказчиков интересует автоматизация работы каждого сотрудника. Следовательно, увеличилось количество рабочих мест, проекты охватывают сразу множество ведомств и подведомственных учреждений.
С какими основными проблемами, на ваш взгляд, сталкиваются регионы при реализации ИТ-проектов? Какие направления информатизации актуальны для регионов сейчас?
Тимур Меджитов:Основной проблемой сейчас остается финансирование. Во многих регионах проведено секвестирование бюджетов, но при этом объем уже внедренных систем вырос, следовательно, увеличилась и стоимость их эксплуатации. В такой ситуации доля бюджета на развитие становится минимальной, необходимо жестко выставлять приоритеты.
Еще одной проблемой является то, что по некоторым актуальным вопросам еще не наработана федеральная нормативная база. В частности, это касается темы архивов длительного хранения (свыше 10 лет). Необходимо обеспечить хранение документов в электронном виде с ЭП, но соответствующих федеральных практик еще не существует. Есть только методические рекомендации, разработанные в 2013 году и уже частично устаревшие. Субъекты пытаются закрыть этот пробел региональной нормативной базой, организационными решениями, но активности со стороны федеральных органов по-прежнему не хватает.
Также по-прежнему актуально развитие СМЭВ, региональных порталов госуслуг, ведомственных систем — узкие задачи автоматизируются с более качественным сервисом, более глубокой детализацией и контролем.
Пользуетесь ли вы какими-либо государственными сервисами и услугами? Что устраивает, а что, на ваш взгляд, требует доработок?
Тимур Меджитов:Как гражданин я пользуюсь единым личным кабинетом, единым порталом госуслуг, сервисами ФНС. Не совсем удобно то, что фактически госуслуги сейчас необходимо получать не через ЕПГУ, а через разные сервисы (личный кабинет налоговой службы, пенсионного фонда, сервисы Росреестра). Информация находится в разных системах, необходимо их объединять. В личном кабинете оставляет желать лучшего удобство статусов — схема представления информации продумана не до конца. Гражданин не может отличить в списке информационное уведомление от сообщения, требующего каких-то действий. Если взять конкретную популярную услугу по уплате штрафов ГИБДД, то в ЕПГУ нет возможности посмотреть ни детальное описание, ни фотографии с места правонарушения, чтобы убедиться, что это твой автомобиль. Эта информация приходит гражданину только Почтой России или просматривается через сайт ГАИ.
Как вы считаете, необходим ли в России федеральный CIO? Если да, то какие задачи, нерешенные до сих пор, он мог бы взять на себя?
Тимур Меджитов:В роли федерального CIO сейчас выступают, во-первых, Департамент информационных технологий и связи Правительства РФ, во-вторых, Министерство связи и массовых коммуникаций РФ. Другое дело, что ряд функций остается за пределами их полномочий. В частности, у федеральных органов власти как были, так и есть свои ИТ-бюджеты, и каких-то попыток по их централизации на первый взгляд не предпринимается. С этим же связаны трудности в выстраивании единой ИТ-инфраструктуры: каждое ведомство строит свои ЦОДы (например, ФНС, Росреестр), хотя при массовой госзакупке можно было бы организовать единый центр, и это было бы дешевле и эффективнее. Федеральный CIO мог бы предоставлять инфраструктуру как сервис для всех остальных учреждений в рамках госзадания. Отсутствует и единая служба техподдержки государственных сервисов — такие службы дублируются в каждом ведомстве. С точки зрения сокращения затрат, повышения управляемости, контроля расходов, можно было бы также их объединить. Отсутствие CIO повлекло за собой уже упомянутую ситуацию с несколькими личными кабинетами на разных сайтах.
Еще одна тема за пределами деятельности Минкомсвязи — ИТ-отрасль могла бы стать пионером в части построения общих центров обслуживания (ОЦО) для госструктур. Таким образом можно было бы централизовать госзакупки, службы управления персоналом, службы управления транспортом. К примеру, одни ведомства приобретают автомобили в собственность, другие – арендуют. Здесь могла бы появиться единая служба, которая закупила бы нужное количество транспорта и сдавала его по заявкам.
Не хватает активности и в части развития образования в школах и вузах на специальностях, связанных с ИТ. Сейчас в большей степени на образовательный стандарт пытается влиять сообщество. Стартует множество государственных проектов по информатизации различных сфер, но они никак не связаны с подготовкой специалистов. Например, за время реализации проектов по ИТ в здравоохранении так и не была организована подготовка ИТ-специалистов с уклоном в предметную область. Сегодня подобный дефицит ИТ-кадров есть и в медицине, и в финансах, и в проектном управлении.
179