Интервью TAdviser: Старший вице-президент ВТБ Сергей Безбогов - о стратегии, бюджете и новых руководителях блока ИТ
За последние 9 месяцев ВТБ серьезно обновил структуру управления ИТ и нанял ряд новых опытных руководителей, в том числе выходцев из Сбербанка и Альфа-Банка. Старший вице-президент, руководитель департамента организации и управления ИТ Сергей Безбогов, который входит в число управленцев «новой волны», в интервью TAdviser рассказал о том, как работает ИТ-блок после этих преобразований, об ИТ-стратегии и бюджете ВТБ.
Безбогов
Какова стратегия банка в области развития ИТ? В чем ее основные цели/задачи, какие сроки реализации стратегии поставлены?
Сергей Безбогов: У ВТБ есть утвержденная стратегия в области ИТ, и срок ее исполнения - это 2022 год. Безусловно, ИТ цели встраиваются в общую стратегию банка. Перед нами стоит масштабная задача – максимально быстро продвинуться в области информационных технологий.
В этом году мы планируем выпустить новую версию мобильного банка для физических лиц и мобильную и веб-версии для юридических лиц, причем не только для крупных корпоративных клиентов, но также и для малого и среднего бизнеса. Здесь речь идет о продуктовых каналах, которые будут полностью перестроены. Дизайн мобильного банка изменится, будут большие продуктовые новости. С конца прошлого года мы много работаем над его устойчивостью, и осенью будет сделан еще один важный релиз по улучшению его надежности. Наши клиенты непременно увидят эти изменения.
Известный факт, что изначально банк ВТБ был корпоративным. У него были отдельные дочерние банки, которые занимались розничным бизнесом. В 2017-2018 гг. произошел процесс объединения различных юридических лиц ВТБ в единый «универсальный» банк, чтобы консолидировать усилия для достижения новых бизнес-результатов. Гид по NGFW. 10 наиболее заметных продуктов, доступных на российском рынке
После присоединения розничных банков мы получили набор различных ИТ-систем. И происходило много нестыковок из-за того, что базы данных разные, равно как и процессы, интерфейсы. Управлять всем этим довольно непросто.
Поэтому сейчас наша работа нацелена на завершение унификации. Во-первых, мы хотим, чтобы у нас была современная ИТ-архитектура, каждый слой которой помогает реализовывать новые задачи и позволяет быстро вносить необходимые изменения. Это касается и core banking, и интеграционного слоя, и передачи данных внутри банка. Объединяются все разрозненные данные, на основе которых строится платформа data science.
Мы совершенствуем процессы работы внутри банка и параллельно быстро двигаемся вместе с рынком для развития новых цифровых сервисов и услуг.
Каков ИТ-бюджет ВТБ на 2020 год? Как он изменился по отношению к 2019-му? Какие проекты станут наиболее затратными в 2020 году?
Сергей Безбогов: Есть общий ИТ-бюджет - 180 млрд рублей до 2022 года. Он не изменился, и мы работаем в его рамках согласно стратегии. Сейчас мы боремся как за повышение внутренней эффективности, так и за более высокую эффективность работы с нашими подрядчиками. Такой объем работ, как у нас, даже большой и сильной собственной командой, самостоятельно не выполнить. У нас много партнеров во всех областях.
Например, нам нужно обновлять аппаратное обеспечение, перестраивать ЦОДы, чтобы создать более надежную систему дата-центров. Мы пошли по пути использования одного собственного ЦОДа, который сейчас наполняется оборудованием, а второй, резервный ЦОД мы будем арендовать, т.к. экономически это более целесообразно. Сейчас мы делаем очень многое, но при этом стараемся экономить.
Какие сейчас вы видите возможности оптимизировать расходы на ИТ за счет, например, пересмотра контрактов с поставщиками ИТ?
Сергей Безбогов: Во-первых, мы стараемся все делать либо на российском программном обеспечении, либо на open source. Есть две причины, почему мы так делаем. Одна из них связана с возможностью иметь полный или почти полный контроль за тем кодом, который мы используем, а вторая – возможность минимизировать объем лицензий, которые мы закупаем у третьих сторон, особенно за рубежом. То же самое касается и «железа».
Кроме того, с осени прошлого года мы начали выстраивать более эффективную политику в области вендор-менеджмента. Мы пересмотрели многие наши контракты с поставщиками аппаратного обеспечения и нам удалось получить дополнительные скидки. А по каким-то проектам мы нашли других партнеров, готовых с нами работать на более выгодных условиях.
В части аппаратного обеспечения мы, помимо использования российской техники, также стараемся переориентироваться «с запада на восток». Наши китайские партнеры поставляют нам оборудование, качество которого сопоставимо с западными аналогами. Там, где это возможно, мы стараемся плотнее с ними работать, поскольку это обходится дешевле и качество не страдает.
То есть экономия – это первоочередная причина? А присутствует ли здесь и фактор импортозамещения и сокращения зависимости от западных поставщиков?
Сергей Безбогов: Закупку техники у азиатских поставщиков вряд ли можно назвать импортозамещением. Но поставки идут из стран, которые не вводили в отношении России санкции, из-за чего мы чувствуем себя спокойнее. Первоочередной акцент, конечно, на том, что можно приобрести внутри страны. Когда к нам обращаются российские поставщики, мы всегда рассматриваем сначала их предложения. Например, нам нужно было средство, позволяющее эффективно проводить тестирование нашего ПО, и мы нашли для этой цели качественного российского подрядчика.
Open source тоже вряд ли можно назвать импортозамещением, но, по крайней мере, это вендоронезависимость. В этом случае код ПО прозрачен, и мы понимаем, с чем мы работаем, можем его досконально проверить и развивать самостоятельно, независимо от сообщества разработчиков.
Сейчас мы ведем переговоры с регулятором о том, чтобы софт на open source также считался импортозамещением, потому что с точки зрения прав и управления этим кодом он полностью находится в наших руках.
Что представляет собой организационная структура ИТ-блока? Какие подразделения в нее входят?
Сергей Безбогов: Структура ИТ у нас достаточно традиционная. Есть четыре департамента, которые занимаются разработкой, они ориентированы на отдельные слои архитектуры. Есть департамент, который занимается задачами розничного бизнеса (департамент технологического развития), корпоративного бизнеса, общебанковских систем и департамент развития платформы поддержки бизнеса, который отвечает за АБС и интеграционный слой.
Департаменты, которые относятся к бизнесу, в первую очередь нацелены на приложения, ориентированные на клиентов, а департамент общебанковских систем – это наша «внутренняя кухня»: ERP и т.д. Это все, что касается развития. Кроме этого, есть также департамент развития ИТ-инфраструктуры, куда входят ЦОДы, коммуникации, сети, каналы связи и пр. И есть департамент поддержки прикладных систем и сервисов. Это первая и вторая линии поддержки, здесь же – ситуационный центр по контролю за работой систем. В этом же департаменте сосредоточена функция приемки и внедрения тех систем и релизов, которые мы выпускаем.
Также есть отдельный департамент ИТ-архитектуры. Он играет важную роль, поскольку сейчас в таких организациях как ВТБ архитектурная функция является крайне значимой, так как систем много, равно как и задач. Кроме того, нужно, чтобы это работало как единое целое, чтобы были единые стандарты разработки и внедрения. Всем этим занимается департамент ИТ-архитектуры.
Помимо этого, еще есть небольшой департамент, который отвечает за различные организационные моменты. В нем находится проектный офис, подразделение, отвечающее за организацию работы по DevOps, а также за разработку и внедрение инструментария для департаментов развития.
Раньше за оперативное управление ИТ отвечал Сергей Баранов, руководитель департамента ИТ, который ушел в декабре. Ему подчинялись напрямую все управления ИТ. Как теперь выглядит руководящая ИТ-вертикаль ВТБ? Расскажите о ключевых топ-менеджерах и кураторах ИТ-блока.
Сергей Безбогов: У каждого из перечисленных департаментов есть руководители, а курирует всю структуру заместитель президента-председателя правления Вадим Кулик. Все ключевые руководители – это линейные менеджеры, которые подчиняются Вадиму Кулику. В основном, это люди, которые пришли в ВТБ за последние 9 месяцев.
Раньше структура ИТ блока в ВТБ была другая. Был один департамент информационных технологий, и в нем было 10 заместителей и 52 управления. Все они подчинялись одному человеку. А сейчас мы решили, что необходима новая структура. Ряд людей, которые работали заместителями, до сих пор сохранили свои позиции в разных департаментах и продолжают эффективно работать с новыми руководителями.
Розничную вертикаль сейчас возглавляет Алексей Фетисов, который пришел к нам из компании Luxoft в конце прошлого года. За плечами у него большой опыт успешной работы именно по руководству большими и сложными проектами. Системы ФНС, которыми мы все сейчас пользуемся, это его детище. А департамент технологического развития систем поддержки бизнеса, который занимается АБС, возглавил человек, который пришел из Сбербанка, - Михаил Захаров. Фактически он был вторым человеком в большой программе Сбербанка, которая касалась централизации core banking. Он руководил всей разработкой, организацией программы. Также к нам пришел большой профессионал Илья Старостин. Он возглавил департамент ИТ-архитектуры.
Департамент, связанный с общебанковскими системами, тоже возглавил человек с большим опытом, - Никита Рыбченко. Он ранее работал над внедрением системы ERP. Инфраструктуру возглавил выходец из Альфа-Банка Владимир Дергачев, где он работал по аналогичному профилю. А его коллега из Альфа-Банка Виктор Алферов теперь у нас возглавляет департамент поддержки и сопровождения.
Мы постарались найти таких высококлассных специалистов, которые уже проявили себя на похожих задачах, поскольку у нас нет времени на эксперименты.
Люди из прежней команды, которые хотели продолжать эффективно работать, гармонично соединились с новой командой, и все друг другом довольны.
Сколько непосредственно айтишников работает в банке? В начале 2019 года ВТБ сообщал о планах увеличить количество своих ИТ-специалистов до 5 тыс. человек, из которых 1,5 тыс. нанять в 2019 году.
Сергей Безбогов: Сейчас у нас работает порядка 4,500 человек и планируем к концу этого года увеличить до 5,300. Мы нанимаем примерно по 400 человек в квартал. Это только в ИТ команду банка, я не включаю сюда специалистов из дочерних компаний.
В апреле в СМИ появилась информация, что за последние несколько месяцев из ВТБ ушли несколько важных ИТ-руководителей, включая заместителя руководителя департамента ИТ ВТБ Андрея Овсянникова и директора по цифровой трансформации Наталью Роменскую. Также, писал CNews, ВТБ покинул весь руководящий состав блока разработки. С чем вы это связываете? Кто заменил ушедших?
Сергей Безбогов: И Андрей, и Наталья – грамотные специалисты, но смена руководителей в процессе перестройки организационной структуры - естественный процесс, который был неизбежен, так как были нужны другие компетенции для качественного рывка в ИТ. Хочу еще раз отметить, что все люди из старой команды, кто захотел продолжить работать, остались в банке. И это большинство. Никакого массового исхода или давления на людей не было и не было никакого надрыва.
В каких специалистах банк испытывает наибольшую потребность сейчас?
Сергей Безбогов: У нас очень много планов по развитию, поэтому больше всего мы нацелены на привлечение разработчиков. Это самая востребованная сейчас компетенция. Также нам нужны архитекторы. Хороших архитекторов на рынке мало. Еще мы ищем лидеров среднего и младшего звена – людей, которые могли бы организовать работу на уровне команд (команда - это 10-12 человек). Эффективных людей с такими компетенциями сейчас катастрофически не хватает.
Какими преимуществами для ИТ-специалистов обладает ВТБ на фоне «Яндекса», Mail.ru, Сбербанка, банка «Тинькофф»? Все эти компании заявляют, что предлагают хорошие ЗП, соцпакет, развитие и интересные задачи.
Сергей Безбогов: Действительно, для ИТ профессионала выбор – устраиваться на работу в «Яндекс» или в ВТБ – довольно сложный. Мы не платим заоблачных зарплат. Как я говорил, наш ИТ-бюджет – очень продуманный и выверенный. Но в дополнение к тому, что говорят все работодатели, мы можем сказать, что наш банк сейчас находится в процессе выстраивания принципиально новой корпоративной ИТ-архитектуры. Мы сейчас в авангаде: привлекаем перспективные технологии, с одной стороны, а, с другой, строим то, что ни «Яндекс», ни Mail.ru в таком формате создавать не будут. Они – про другое. Создание общебанковской системы, построенной на микросервисах, с правильными интеграционными решениями – это огромный опыт, накопленный на рынке. И мы, используя этот опыт, пытаемся вырваться дальше, стараясь не повторять ошибок, которые совершали другие банки. Мы идем к тому, чтобы обгонять рынок.