Лев Френкель, R-Style Softlab: Мы сейчас работаем в режиме экспертного бюро
В интервью TAdviser гендиректор R-Style Softlab Лев Френкель рассказал о вызовах и перспективах банковской цифровизации в текущих условиях.
В начале года все мы оказались в новой реальности, в мире разворачиваются сразу несколько кризисов. Одно из негативных последствий – уход западных ИТ-гигантов из России. Как можно оценить сейчас последствия этого демарша, особенно на рынке финансовых ИТ, как одной из ключевых отраслей?
Лев Френкель: Финансовый сектор оказался под значительным ударом, однако сейчас, по прошествии почти шести месяцев, можно сказать, что российские банки постепенно справляются с ситуацией. Хочу выделить ключевые негативные факторы, с которыми столкнулись отечественные кредитные организаций. Первый – это ограничение доступа к иностранному капиталу, сужение возможности проведения операций на зарубежных рынках ценных бумаг и валюты. Второй – отключение ряда банков от системы SWIFT. Это две ключевые и самые очевидные трудности, с которыми столкнулась российская финансовая отрасль.
Еще один фактор, не менее болезненный – уход иностранных ИТ-компаний, которые предоставляли свои продукты и услуги российским организациям. Некоторые из них, например Oracle, сделал это достаточно мягко, просто приостановив поддержку своих продуктов. Но есть и те, кто поступил жестко, бросив проекты и системы, требующие постоянного обновления. И если говорить про ИТ, наше сообщество, на мой взгляд, пока не полностью осознает произошедшее, поскольку еще не все последствия проявились. Но важно понимать, что негативные последствия банки начнут ощущать уже в этом году, если не появится альтернативных решений.
Ваша компания постоянно взаимодействует с кредитными организациями. Расскажите, что думают о происходящем в банках? С какими трудностями уже столкнулись, чего ожидают в будущем?
Лев Френкель: В июле мы провели традиционное исследование среди банков, являющихся нашими клиентами, и среди прочего выяснили, какие трудности для отрасли сейчас наиболее острые, а также как будет дальше развиваться банковский сектор. Первая проблема, о которой упомянули почти все опрошенные – недоступность рынка иностранного капитала.
Сложности с передачей финансовых сообщений также занимают одну из лидирующих позиций беспокойств отрасли. Уход иностранных ИТ-компаний также добавил банкам проблем, поставив под удар системы дистанционного обслуживания, хранилища данных и системы обеспечения бизнес-процессов. Кризис в целом негативно отразился и на клиентах банков, большинство участников исследования заявили о снижении количества выдачи кредитов, и общем снижении прибыли от банковской деятельности. Вручены награды TAdviser IT Prize в 12 номинациях
При этом кризис отмечают, как точку роста, точку возможностей. Мы также зафиксировали и тенденции, которые, по словам наших собеседников, будут задавать тренд в банковской отрасли в обозримом будущем. Так, первый тренд, это стремление банков к полному переходу на дистанционное взаимодействие с клиентами. Ввод в эксплуатацию единой биометрической системы позволит реализовать и удаленную первичную идентификацию, что лишь ускорит этот процесс.
Еще один тренд – постепенный переход к виртуальным картам. Тестирование этого направления уже ведется, один из крупных наших клиентов заявил о постепенном переводе на виртуальные карты своих зарплатных проектов. Эту информацию подтвердили и в ряде других банков – бурное развитие системы быстрых платежей и национальной платежной системы позволяют прогнозировать снижение выпуска пластика в ближайшие несколько лет.
Одна из ключевых задач банков — возврат к докризисному уровню продаж финансовых продуктов. Особое внимание будет уделяться возврату объема розничного кредитования на прежний уровень, в том числе с помощью активизации предложения займов в точках продаж и через сервисы дистанционного обслуживания клиентов. Сюда же можно отнести и развитие новых видов финансового бизнеса – факторинг, лизинг, банковские гарантии.
Розничный банкинг становится, по словам представителей кредитных организаций, менее выгодным, перспективы дальнейшего развития есть у универсальных банков, предоставляющих всю линейку услуг для физических и юридических лиц.
Кроме этого, в качестве компенсации потерянных возможностей рассматривается активизация работы с рынками Азии, предоставление доступа к азиатским биржам. Запрос на доступ к рынкам стран Азии есть как со стороны розничных инвесторов, которые обладают капиталом и опытом для торговли на зарубежных площадках, так и со стороны институциональных участников рынка.
К чему готовиться ИТ-компаниям, которые обслуживают кредитные организации? Что для вас таит в себе эта ситуация?
Лев Френкель: С одной стороны ситуация создает ряд трудностей, с другой – новые возможности и горизонты. В связи с отключением от SWIFT и наложением ограничений на валютные платежи у многих компаний возникли сложности с получением платежей от клиентов из других стран, это создало определенные риски с точки зрения контрактных обязательств.
Если говорить о последствиях для российских ИТ-компаний, то сейчас перед рынком стоит задача внутреннего импортозамещения, поскольку многие российские ИТ-продукты построены на основе иностранных решений. Банки еще оценивают степень и глубину необходимых изменений, но в течение следующего года начнутся активные действия. Мы к нему готовы, есть команды, есть наша точка зрения на перспективы. Она будет уточняться в процессе обсуждения будущих проектов, когда банки сформируют детальный план изменений, но не коренным образом.
Вы упомянули импортозамещение. Оно же шло с 2014 года, где его результаты?
Лев Френкель: Импортозамещение шло очень неторопливо. В 2014 году, когда этот процесс был только инициирован, все программные продукты, наши или чьи-то еще, уже обладали большим количеством возможностей и опций. Для примера можно взять автоматизированную банковскую систему (АБС): это тысячи функциональных точек, экранных форм, различных отчетов и процедур. Для того, чтобы сменить систему управления базой данных, недостаточно ее просто прописать в настройках АБС, необходимо фактически переписать многие функции системы. Перевод АБС на отечественные СУБД – это очень большой объем работы. Мы начали процесс перевода уже давно и к сегодняшнему дню, когда это стало жизненно необходимо, уже прошли большую часть этого пути. Инвестиции и особенно государственная поддержка ускорит процесс.
Куда направлены усилия по импортозамещения, как вообще идет этот процесс?
Лев Френкель: Существует три основных направления портации с западных платформ. Первое и наиболее доступное решение – это переход на открытое программное обеспечение, находящееся свободном доступе и фактичекски не имеющее правообладателя. Следующий путь – переход на разработки и комплектующие стран, не наложивших санкции. Метод вполне рабочий, однако, предсказать, каким станет следующий этап витка международной напряженности, невозможно, поэтому в долгосрочной перспективе здесь могут появиться аналогичные риски. И третий путь, самый затратный и долгий, но в то же время практически лишенный рисков – это разработка собственных решений и продуктов, по которому мы и двигаемся.
Важно еще одно. Почему иностранные платформы (СУБД, ОС и т.д.) так популярны? Дело в качестве сервиса – по своим потребительским свойствам они обгоняют рынок. Главный вопрос, на который нам предстоит ответить – существует ли аналог, на который можно перейти и не потерять в качестве.
Платформенные решения несколько отставали от иностранных аналогов. Сегодня говорить о катастрофическом отставании было бы неверно. Да, многие текущие запросы были вызовами и для нас. Например, для одного из наших клиентов мы переводили высоконагруженную систему на Postgres. Сложности возникали, однако совместно с клиентом мы успешно их преодолели. Так что этот путь необходимо начинать, развивать свои решения, научиться конкурировать сначала между собой внутри страны, а в перспективе – и с зарубежными продуктами.
Очень важно, чтобы в вопросе импортозамещения правительство было настроено серьезно. До настоящего момента этот процесс шел достаточно формально. Сейчас, под давлением внешних обстоятельств мы наметили курс на технологический суверенитет. Но возможно, что пройдет какое-то время, все утихнет, внешнее давление начнет ослабевать, тот же Oracle и Microsoft начнут возвращаться в Россию. И тогда у нас есть некоторый запас времени, чтобы к моменту их возвращения вернуться им было уже некуда.
То есть, если сейчас не перейти к импортозамещению, то через некоторое время все просто вернутся обратно на иностранные решения?
Лев Френкель: ИТ, как рынок, довольно гибок и умеет быстро адаптироваться. Мы сейчас находимся в точке ухода западных вендоров, которые сформировали определенный уровень требований к программным решениям, но покинули рынок. Те инвестиции, которые в прошлом шли западным компаниям без варианта выбора в пользу российских производителей, будут направлены отечественным вендорам. Это сам по себе огромный стимул. Банки будут требовательны, я не вижу причин для них снижать планку, а разработчики будут развиваться в тех направлениях, где ранее у них не было возможности конкурировать за счет давления иностранного бренда и мощностей зарубежных компаний.
На мой взгляд, это точка роста. Да, это требует времени, но сами банки прошли этап некоторой защиты от конкуренции, например, при вхождении России в ВТО. Сейчас мы имеем один из наиболее технологически развитых рынков банкинга в мире. Я не верю в скорое возвращение международных компаний, но если додумывать этот сценарий, один из путей кратковременной защиты рынка ИТ – введение различных заградительных условий для иностранных продуктов. Как это может выглядеть на практике? Если бизнес применяет в своей работе зарубежные решения, то его деятельность облагается дополнительным налогом. Это не репрессивный инструмент, это способ поддержки собственных производителей, и он применяется в большинстве стран. Это позволит повысить конкуренцию и создаст для отечественных разработчиков благоприятные условия, в которых они получат спрос на свою продукцию и будут улучшать качество продуктов.
В перспективе поможет ли это нашим разработчикам самим выйти на зарубежные рынки? Есть ли вообще примеры российских финансовых ИТ-компаний, которые нашли свое место за рубежом?
Лев Френкель: Безусловно. Есть примеры, когда российские компании не просто успешно конкурируют на иностранных рынках, но и становятся самыми востребованными поставщиками. Компания BPC Group является одним из главных поставщиков решений для банковского процессинга. Россия обладает необходимыми специалистами и опытом. Так что через какое-то время, я уверен, будет и эффект и в инфраструктурных проектах.
Как планирует развиваться R-Style Softlab в связи с текущей ситуацией? Какие действия Вы предпринимаете сейчас?
Лев Френкель: Здесь есть два направления. Первое – мы продолжаем делать то, что делали ранее: создавать решения на основе отечественных и open-source продуктов, использовать микросервисный подход для максимальной гибкости. Второе – изучение ситуации и прогнозирование.
Мы собираем обращения участников финансовой отрасли и предлагаем наиболее подходящие решения для той или иной ситуации. Такой подход оказался очень удачным с точки зрения оперативного решения возникающих проблем, поскольку банки и сами изучают ситуацию и пока не могут сформировать пакетный запрос.
Но этот процесс постепенно систематизируется. Как мы все видим, в этом активно участвует государство. Министерство цифрового развития начало выпускать списки программного обеспечения, которые необходимо заместить, и передают их крупным ИТ-производителям для проработки. Это помогает ИТ-компаниям скорректировать векторы своего развития, сконцентрировать силы на конкретных направлениях. Я не исключаю, что в результате этого процесса произойдет раздел рынка, пересмотр ведущих ролей.
Мы сейчас во многом стали работать в режиме экспертного бюро, находимся на прямой связи с банками и готовы в любой момент прийти на помощь. Продукты, которые мы уже перевели на отечественную базу, готовы к внедрению, мы готовим еще ряд релизов в среднесрочной перспективе, которые будут направлены на замещение наиболее критичных продуктов. Наибольшее количество обращений касается СУБД. Также банки активно внедряют инструменты для связи с государственными информационными системами, а также для генерации различной отчетности.
Каким Вы видите рынок ИТ на горизонте нескольких лет?
Лев Френкель: Детального прогноза я не стану давать, думаю, сейчас никто его не даст. Определенно можно сказать, что ИТ-рынок в России - сильный рынок. Потенциал рынка высок, - достаточно иметь спрос. Предложение неизбежно последует за спросом.
Есть финансовый сектор и его потребности, которые мы, как поставщик, прекрасно знаем и решаем. И сейчас очень важно, чтобы банковская отрасль своевременно сформулировала и предельно четко выразила эти потребности. Для дальнейшего развития существуют два критических фактора – инвестиции и воля участников рынка что-то менять.
Многое будет зависеть от системного подхода к регулированию и поддержке отрасли. Если Министерство цифрового развития и Центральный банк сформируют требование о создании каждым банком дорожной карты импортозамещения до 2024 года, разработают систему отслеживания замены критических продуктов, то этот процесс реально начнется, это сможет инициировать глобальный процесс импортозамщения и снизить риски.